Тезисы выступления председателя Фонда «КазПром» («Казахстан Промоушн») Александра Брагинского на конферениции
"Новые избирательные технологии-2004. Конверсия или экспансия – возможности и перспективы"
Уважаемые коллеги!
На нашей конференции за 2 дня работы было обозначено несколько кризисных точек и почек рынка полит-технологий России. Ситуация на рынке политических технологий России, и особенно в секторе избирательных технологий, сегодня сильно отличается от всех своих прошлых состояний.
Интересно, что история развития пиар-технологий в России довольно полно описывается одной простой детской загадкой: «Это Красное? Нет, это Чёрное. А почему оно Белое? Потому что Зелёное». С начала прошлого века и до середины 80-х годов, в СССР был период Красного Пиара и Красных политтехнологий. Профессор А. Ситников в одном из своих интервью на вопрос о главном для него учебнике паблик рилэйшнз назвал ПСС В.И. Ленина. И в этой шутке тоже есть доля шутки. Затем с конца 80-х – начала 90-х в России начался период Чёрного пиара. Постепенно к концу 90-х-началу нового века пиар-технологии в России начали белеть и одновременно зеленеть (по цвету известных купюр). Однако, в последний год цветовая гамма рынка полит-технологий опять начала меняться.
Во-первых, период чёрно-бело-зелёного пиара в России, похоже, заканчивается.
Рынок вступает в совершенно новый для него период синего пиара по цвету всем известных погон. Рынок политических технологий России стремительно синеет, и это посинение происходит вопреки интересам и желанию большинства его участников. Интересно, что если посмотреть полный спектр возможных цветов, то останутся жёлтый, голубой и фиолетовый. Период Жёлтых полит-технологий Россия, похоже, прошла на заре дикого рынка. Период Голубых полит-технологий, набравший обороты в середине 90-х, похоже, продолжается параллельно с другими этапами. Где-то на верхней точке развития профессионализма полит-технологов нас, видимо, ожидает и период Фиолетового пиара, как высшего духовного пиара и совершенных духовных технологий. Причём, очень интересно вспомнить школьную физику, согласно которой Фиолетовый – это наложение Синего на Красный. Красный пиар в России уже был. А к высшему этапу Фиолетового пиар можно прийти только через этап Синего пиара. Всё, оказывается, закономерно и естественно. Это – первый Кризис этого рынка.
Во-вторых, как верно отметил вчера депутат от фракции «Родина» Савельев, говоря о партийном строительстве и конструировании новых партий, на рынке и в интерпретациях его зачастую преобладает логика одной извилины. Поэтому, по его мнению, нам надо переходить на другую логику. Это – Второй Кризис рынка полит-технологий.
В-третьих, по мнению некоторых участников из регионов, народ устал от пост-модернистских экспериментов с избирательными технологиями и избирателями. Рынок полит-технолгий России находится в ожидании прорыва сквозь разъедающее болото пост-модернизма к новым содержательным и понятным народу идеям, целям и символам. Это – Третий Кризис полит-рынка.
В-четвёртых, по мнению политтехнолога Г. Павловского, на рынке полит-технологий уже набухает несколько новых почек новых секторов рынка, а полит-технологи до сих пор не артикулировали свою готовность и способность работать на них. Это – региональные и муниципальные рынки, а так же массовые рынки средних заказчиков, которые готовятся формулировать свои массовые заказы. Это – Четвёртый Кризис Рынка.
В-пятых, это, по мнению основателя Школы Целостного Анализа С. Кургиняна, невероятная пропасть разрыва между полит-технологически-политическим дискурсом и Реальностью. Время, по его мнению, требует сегодня учредить Корпорацию Реальность, а полит-технологи и политики замерли в тупике системного кризиса. Это – Пятый Кризис рынка.
В силу этих пяти и других неназванных причин на рынке полит-технологий наблюдаются явные тенденции кризиса. Можно уверенно говорить о, как минимум, вышеперечисленных Пяти Кризисах этого рынка. Пиар-команды теряют обороты, существенно теряют прибыли. Наиболее слабые из них и неспособные к переменам ищут заказы за пределами России. Часть этих неспособных хлынула на Украину. Другая часть этого потока наводняет Казахстан.
Понятно, что сильная боеспособная команда чемпионов всегда готова к переменам и любой вызов кризиса встречает с радостью и во всеоружии.
Напротив, неспособная к обновлению команда аутсайдеров, сидящая только на наработках прошлых лет, будет искать не новые технологии, а новые рынки сбыта своим залежалым технологиям, в первую очередь у своих провинциальных соседей. Чемпион стремится покорить столицу мира. Аутсайдер едет покорять столицу самой дальней провинции. Нынешняя ситуация чётко показывает истинные рейтинги пиар-команд и консультантов.
Чемпионы-инноваторы работают в России. Неспособные к обновлению аутсайдеры бегут на Украину и в Казахстан. Не в силах достойно принять вызовы обновления они ищут места, где полегче. Сильные и боеспособные команды истинных пиар-чемпионов России пытаются найти новые точки роста внутри себя.
Темы конверсии и экспансии, вынесенные для обсуждения на наш форум, как я понимаю, вызваны именно этими обстоятельствами. Вы здесь собрались и обсуждаете варианты – как вам сдавать свои позиции без коммерческого ущерба. Или экспансировать на другие не-российские рынки за пределами влияния синих пиарщиков. Или конверсировать свои технологии на другие не-политические рынки в самой России. Разницы межу этими исходами я не вижу никакой, ибо оба они – исходы, то есть уходы от решения своих собственных проблем. Какой из них хуже? Как говорил Сталин – оба хуже. Так как оба они – это позорная капитуляция российских полит-технологов перед лицом новых вызовов. Но кроме этих двух путей капитуляции у вас ведь есть ещё и третий путь – путь Победы.
Для того, чтобы более точно ухватить суть происходящего на рынке и в стране, предлагаю ввести в оборот гештальт-фигуру «мета-президента™».
Что такое «мета-президент™»?
Если гипотеза некоторых российских аналитиков о существовании Проекта «Путин» справедлива, то возникает вопрос – кто сценарист этого Проекта, кто его режиссёр-постановщик и кто продюсер этого Проекта? Весь этот ансамбль производителей нового политического театра и нового блокбастера «Удвоение ВВП» мы условно и обозначаем гештальт-фигурой «мета-президента™» России.
Таким образом, гештальт-фигура «мета-президента™» обозначает того реального, но не всем явного субъекта, который стоит ЗА президентом и НАД президентом. Тот самый «коллективный рас-путин» или «два-путин», который стоит ВОКРУГ и ЗА любым президентом практически любой страны. Эта гештальт-фигура позволяет удобно работать со скрытыми и невыразимыми факторами политического рынка.
Замечу, что гештальт-фигура «мета-президента™», – не какая-то абстракция, а реальный методологический инструмент, отточенный в более чем десятилетней практике консультирования одного из президентов СНГ. Понятно, что если проектировать встречу двух или нескольких президентов и готовить её как коммуникацию мета-президентов, то требуемый результат встречи получить будет гораздо легче. Потому что эта гештальт-фигура позволяет учесть и выразить невыразимое и увидеть почти невидимое. В Лаборатории Мета-Политики нашего Фонда «КазПром» на её основе разработан учебный «Конструктор Мета-Президентов™», который позволяет моделировать пути радикальных перемен ситуации на любом заданном полит-рынке в любую сторону.
Я не буду здесь описывать типовую структуру «мета-президента». Думаю, она интуитивно ясна и понятна каждому из здесь присутствующих профессионалов.
Ясно так же, что между структурами мета-президентов, например, США и России нет практически никакой разницы. Так же как нет никакой существенной разницы между структурами «мета-партийных машин™», например, КПРФ и СПС.
«Мета-партийная машина™» – это ещё одна гештальт-фигура, которая позволяет адекватно ухватывать скрытые, неявные и невыразимые факторы полит-рынка. Она позволяет описать весь ансамбль лиц и сил, стоящих ЗА партией или НАД партией. Это своего рода «Мета-ЦК™», как синклит всех лиц, принимающих решения. Это синклит генсека со спонсором, финансирующим партию и с серым кардиналом, разводящим спонсора или курирующим его.
Понятно, что если при полит-консалтинге партии консультант не берёт в расчёт весь круг лиц и сил, принимающих решения, то он просто обречён на провал. Напротив, работа с партией как частью «мета-ЦК™» позволяет достигать невероятных результатов. Например, если бы тот же Глазьев умел применять эту гештальт-фигуру «мета-ЦК™» в своей «Родине», то он бы никогда не вылетел из неё. Напротив, Рагозин, а, скорее всего, его кураторы, интуитивно работают с каким-то похожим инструментом, поэтому они так эффективно решают свои задачи. Недавнее нашумевшее спец-мероприятие с двумя съездами ЦК КПРФ тоже могло быть спроектировано и реализовано только из мета-позиции «мета-ЦК™», независимо от того, называют её так проектировщики, или нет.
Гештальт-фигуры «мета-президент™» и «мета-ЦК™» являются охраняемыми товарными знаками фонда «КазПром» и его интеллектуальной собственностью, и не могут быть использованы без ссылки на владельца и без его разрешения. Фонд «КазПром» на определённых условиях может заключать договоры на аренду или фрачайзинг гештальт-фигур «мета-президент™» и «мета-ЦК™» и их товарных знаков. Предложения о сотрудничестве принимаются по адресу kazprom@km.ru .
Независимо от того, используют консультанты эти гештальт-фигуры в своей работе или нет, с полит-консультантами всегда на самом деле содержательно коммуницируют не президенты и партии, а «мета-президенты™» и «мета-ЦК™». И тут они действуют уже не как виртуальные гештальт-фигуры, а как реальные (но как правило скрытые) ансамбли реальных (но порой неведомых и явно невидимых) игроков. По крайней мере, реальные деньги на оплату консультантов ссужают именно они. И драфты технических заданий утверждают тоже они.
С этой точки зрения, между структурами «мета-партийных машин™» или «мета-ЦК™» «Единороссов» и, например, «нацболов» разницы нет никакой. Да и спонсоры у всех них, как правило, одни и те же, действующие по принципу «не класть все свои яйца в одну корзину».
С помощью таких методологических подпорок как гештальт-фигуры «мета-президента™» и «мета-ЦК™», кризисную ситуацию на рынке полит-консалтинга и полит-технологий России понять и описать гораздо легче и проще. Тогда нам становится понятно, что пять кризисов полит-рынка имеет свою логику и свою драматургию. Тогда становится понятно, что пять кризисов полит-рынка имеет своих драматургов и своих режиссёров. Тогда появляется возможность хоть как-то оконтурить субъекта этих действий и начать искать и получать хоть какие-то представления об образах тех людей, которые тебя так классно переигрывают.
Ведь рынок полит-консалтинга – это же рынок! И если ты теряешь на нём позиции, значит, появился какой-то другой более эффективный игрок, который умет считать и играть лучше, чем ты. Но ведь это же не плохо, а хорошо! Значит, есть, за кем тянуться! Значит, есть, у кого учиться! Значит, есть возможность увидеть свои слабые места и пробелы и попытаться быстрее восполнить их. Ибо кто виноват на рынке в сдаче твоих позиций кроме тебя самого?
Более того, тогда ситуация на рынке полит-консалтинга и полит-технологий становится до боли похожей на аналогичную ситуацию поры стихийного зарождения в России Рынка вообще. Тогда, примерно 12 лет назад, команда номенклатурных «отличников» не смогла удержать контроль над рынком, и в его лидеры вышли бывшие «троешники», «конкретные пацаны», которые легко взяли ситуацию в свои накачанные руки, пока интеллигенция решала извечные российские вопросы.
Сегодня, 12 лет спустя, на рынке политконсалтинга и полит-технологий России происходит примерно то же самое. Блестящие полит-консультанты, годами занимавшие первые места всех возможных рейтингов и хит-парадов, недоумевают. Они разводят руками и смотрят, как неведомая никому команда «конкретных пиар-пацанов» уводит у них из рук почти миллиардный рынок пиара и полит-медиа-консалтинга. То есть опять всё повторяется. И снова вчерашние «отличники» будут искать и находить виноватых снаружи. Пока, наконец, не поймут, что всё происходящее с ними есть результат их личных заслуг и усилий, есть результат только их собственных пробелов и иллюзий.
Действительно, как это вы позволили кому-то спроектировать и начать осуществлять эти пять кризисов полит-рынка? Кто это так классно начинает вас переигрывать, и, похоже, скоро переиграет совсем? Сапожник опять оказывается без сапог: полит-консультанты не могут пока прополит-консультировать самих себя по поводу своего светлого будущего. Как это могло произойти?
Глубинная причина всего этого может быть только одна. И кроется она только внутри вас самих. Ведь сила внешняя есть плод силы внутренней. Мир, который мы имеем (или который имеет нас) – это результат той картины мира, которой мы пользуемся для его описания, или его переустройства.
Похоже, что ваша Рабочая Картина Мира имеет какой-то сильный дефект, какой-то недостающий, но очень существенный для выигрыша элемент, а точнее не имеет его. Если мир (или кто-то Другой) имеет вас, значит вы в своей Рабочей Картине Мира не имеете чего-то такого, что есть у этих Других, кто захватывает ваш бывший рынок.
Насколько эффективна или дефективна ваша картина мира можно узнать очень просто. Надо просто проверить ваша рабочий язык на полноту, цельность и генеративность. Генеративность рабочего языка – это его способность само-развиваться и генерировать новые структуры и смыслы как в языке, так и в жизни. В противоположность ей, неспособность генерировать новые структуры называется дегенеративность или, если хотите, импотенция.
К сожалению, тенденция Пяти Кризисов в на рынке политтехнологий России имеет не только поверхностный – персональный и событийный – характер. У неё есть ещё и глубинные – концептуальная и методологическая – составляющие.
Точнее, все эти Пять Кризисов являются следствием одной глубинной причины: глубинной ущербности главного рабочего инструмента российских полит-технологов – современного российского языка политического анализа.
Ущербности не только методологической и концептуальной, но даже и генетической и онтологической.
Чем работают политтехнологи? Политтехнологи работают языком. Языком политического анализа. Конечно, не только языком, но головой, и мыслью. Но мысль работает только в голове и только на языке. Что такое мысль?
В самом упрощенном виде, мысль – это ток, движение энергии. Из курса школьной физики каждый знает, что для наличия тока в проводнике, как и мысли в голове, нужны полярные полюса – плюс и минус. Это справедливо и для школьной физики, и для физики социальной, и для политической физики, и для физики ментальной.
Для возбуждения тока мысли у нас в голове тоже должны быть полярные, противо-положные полюса. Точнее, слова с полярным, противоположным смыслом. Их называют антонимы. Если у тебя есть в голове пара антонимов, тогда генератор мысли по этой теме находится в твоих руках и в твоей голове. Если же у твоего рабочего понятия нет антонима, а ток мысли течёт, значит, другой полюс находится где-то за пределами твоей головы. То есть, генератор смысла по этой теме находится в чьих-то чужих руках и в чужой, а не в твоей голове.
Если в рабочем языке полит-технолога есть хотя бы пара антонимов по рабочей теме, то его язык – генеративный, креационный. Если есть только один полюс, а антонима к нему нет – то этот рабочий язык полит-технолога по этой теме будет дегенеративный, дескрипционный, ущербный. Каковым и является по сути тот рабочий язык российского политического анализа, которым сегодня пользуется всё сообщество полит-технологов России. Вы сами можете легко убедиться в этом.
Вот один очень простой тест-вопрос. Назовите, пожалуйста, антоним к слову «партия». Или антоним к слову «политика». Или антоним к слову «власть». Или антоним к слову «технология».
В вашем рабочем языке нет антонимов к вашим ключевым инструментальным понятиям. Значит ни в языке, ни в головах его носителей, у вас нет генератора тока мысли. Значит, у вас в головах нет рабочей площадки для конструирования новых партий, технологий, политик, властей. Потому что основа любого генератора новой конструкции – это хотя бы бинер. А лучше тринер.
Но у вас, в современном российском языке политического анализа, ничего этого нет в аксиоматике. Точнее – это не заложено в базике, не проявлено в аксиоматике, отсутствует в парадигматике, и как следствие, не прорастает и в технологии.
Как известно не из Томаса Куна, а из нормальных источников, парадигма не является фундаментом науки или практики, она всего лишь её цокольный этаж. Парадигма стоит на мощных опорах явной аксиоматики, которые покоятся на более глубоких опорах аксиоматики неявной. Последняя стоит и строится на глубинном фундаменте базики – базовых элементов мета-языка, из которых конструируется язык аксиоматики, который порождает язык парадигматики, из которого вырастает непосредственно язык ноу-хау, рабочий язык технологий.
Все рабочие инструменты, которыми вы оперируете коммерчески, чтобы иметь потенциал креативности и обновления, хотя бы на одном-двух предыдущих уровнях глубинной грамматики вашего рабочего мета-языка, должны быть хотя бы бинарны (а лучше – как минимиум, триполярны ). Если у вас нет этой хотя бы бинарности, ваш рабочий язык вместо языка конструкционной креативности будет языком вторичной дескрипционной пассивности. То есть, вместо языка с порождающей грамматикой, он будет языком с грамматикой описательной.
Выборы – это выборы между разными политиками и разными партиями.
О каких новых избирательных полит-технологиях вы можете говорить, если в вашем рабочем языке нет никакого места для генерации новых партий, политик, выборов наконец. Но если его нет в языке, откуда оно появится в жизни?
Я с сожалением вынужден констатировать диагноз. Тот язык, на котором работают и говорят почти все политтехнологи России, является плоским, одномерным, ущербным языком. Это не язык креативной потенции, это язык подражательной импотенции. У большинства российских полит-технологов в их рабочем языке даже нет бинарных оппозиций к ключевым инструментальным понятиям, на которых они делают деньги. Я уж не говорю о более сложных триполярных или мульти-полярных логиках. Получается, что в вашем рабочем языке заложен глубинный, генетический изъян. И я вам искренне сочувствую. Потому что так было не всегда.
Было время, когда русский политический лексикон не знал таких ограничений и деформаций. Тогда он был абсолютно целостным, органическим, естественным и креативным. И однажды настало время, когда некие генетические деформации были в него искусственно введены. К сожалению, из-за коньюнктуры или методологической безграмотности, большинство игроков рынка полит-консалтинга никогда не обращали никакого внимания на этот эпизод вашей истории.
Я даже не уверен, найдётся ли здесь хоть один человек, который представляет, когда и кем были искусственно введены в ваш язык такие ограничения. Если кто-то знает – назовите, пожалуйста, год, когда это произошло и персону, которая это сделала. И что это было за событие? Какой это был исторический эпизод?
Есть два исходных вопроса, без предварительного решения которых никакое обсуждение-говорение никакой проблемы просто не имеет смысла.
Первый вопрос: Зачем мы об ЭТОМ говорим? Чтобы выяснить–получить ЧТО?
Второй вопрос: На каком языке мы говорим? Описывает ли наш язык это самое ЧТО, которое мы хотим в итоге получить? Тот ли это язык?
Для того, чтобы корректно и полно описывать технологии, а тем более генерировать новые, мы должны говорить и оперировать не на дескрипционном языке фиксации технологий и их результатов, а на конструкционном мета-языке генерации технологий и их смыслов.
В терминах болезни невозможно написать рецепт излечения. На языке плоскости невозможно выразить идею объёма. Из чёрно-белой азбуки не составить словарь описания Цвета. На языке глухих невозможно обсуждать проблемы Музыки. На языке слепых невозможно описать проблемы Света.
Внутри системы и на её языке невозможно описать пути её обновления и развития. Генетика развития системы всегда описывается на внешнем и не всегда понятном для неё мета-языке. Возьмите хотя бы язык генокода человека.
Новые избирательные технологии не могут быть ни задуманы, ни реализованы на старом дескрипционном дегенеративном языке. Для описания и обсуждения новых избирательных технологий нужен новый конструкционный генеративный мета-язык.
Вот ещё один простой пример и вопрос. Между чем и чем выбирают сегодня наши избиратели? Между партией и партией. Партия – от латинского слово «парс» – часть. То есть, все они и всегда выбирают между частью и частью. А точнее – между ограничением и ограничением. Но чем отличается одна партия от другой?
Чем отличается одно ограничение от другого? Ограничение сверху от ограничения снизу? Ограничение спереди от ограничения сзади? Ограничение справа от ограничения слева? Ограничение снаружи от ограничения внутри?
Всё это есть разные виды одного и того же ограничения. Так же и партии. Политическая партия, как технология – это ровесница мануфактуры, продукт 16-го века. Она совершенно устарела уже в конце 19-го века. А в середине 20-го она технологически полностью изжила себя. Тот, кто строит сегодня партии, занимается гальванизацией полуразложившегося трупа. Я не понимаю, откуда у вас, в России взялась такая полит-технологическая кадавро-филия? Как можно любить Часть, если ты познал Целое? Или вы ещё не познали Целое, Целостное и по-старинке молитесь Ограниченности? Ведь любая партия, как часть, ограничена по определению.
Коммунисты ограничены сверху – у них нет Бога, им нельзя думать о Боге.
СПС ограничена снизу – им нельзя думать об истории, о корнях, ибо у них нет корней. Они ограничены снизу, ибо им нельзя копать глубоко. Начнёшь копать глубоко – раскопаешь истинные истоки незаконного обогащения.
«Идущие Вместе» ограничены сзади. Они могут идти только вперёд. Потому что взад идти они не хотят. «Единороссы» тоже ограничены сверху – только уже не богом, а куратором из Кремля, играющим для них роль Бога.
Аграрные партии ограничены изнутри, ибо земли внутри нет, она вся снаружи.
ЛДПР ограничена снаружи, ибо вся партия – внутри одного человека – её вождя и другого не дано. Снаружи, за пределами тела лидера, ничего быть не может.
Все левые партии ограничены справа. Там для них – табу. Все правые партии ограничены слева. Там – для них табу. И так далее…
Ваши избиратели выбирают сегодня между партией и партией. То есть, между частью и частью. Но настоящий и подлинный Выбор может быть только между Частью и Целым. Но для описания этого целого у вас в рабочем языке нет даже слов. Для этого нам придётся ввести ещё одну гештальт-фигуру – «холия™» (или – «холтия™»).
Ведь нам нужна сегодня не Часть-партия, а нам нужно всё Целое - «холия™» (или – «холтии™»). Гештальт-фигура «холия™» (или – «холтия™») является антонимом к слову партия. Она образована от греческого Холос – Целое, Целостное, Единое. Эта гештальт-фигура обозначает абсолютно Целостное Целое, Органичное самодостаточное Единство, такую структуру, которая органично самопорождена и развивается по законам гармоничного целостного развития.
Гештальт-фигуры «мета-холия™», «мета-холтия™», «холия™», «холтия™», «квази-холия™», «прото-холия™», «парти-холия™», «холи-партия™» являются охраняемыми товарными знаками фонда «КазПром» и его интеллектуальной собственностью, и не могут быть использованы без ссылки на владельца и его разрешения. Фонд «КазПром» на определённых условиях может заключать договоры на аренду или фрачайзинг этих и других гештальт-фигур Предложения о сотрудничестве принимаются по адресу kazprom@km.ru .
На основе этих гештальт-фигур можно организовать истинные и подлинные избирательные технологии и подлинные и истинные выборы – не выборы между частью и частью, а Выборы между Частью и Целым.
На основе этих и других мета-гештальт-фигур, разработанных в Алма-атинской Лаборатории Мета-Языков (АЛМЯ) фонда «КазПром», можно начать практическое восстановление целостности и креативности языка российского политического анализа. Начать разработку истинно новых избирательных, политических и мета-политических техно-логий и техно-магий. Это – единственный в СНГ, а возможно, и в мире, Мета-Центр, который в течение последних 12 лет ведёт разработку и практическое внедрение рабочих мета-гештальт-фигур. У нас, в Алма-Атинской Лаборатории Мета-Языков Фонда «КазПром», около десяти лет назад разработан универсальный фрактальный мета-мета-язык «ISCANDE®», лежащий в основе генерации прикладных мета-языков и гештальт-фигур.
Век избирательных и предвыборных технологий заканчивается, не начавшись.
Строго говоря, никаких избирательных и предвыборных техно-логий у нас никогда и не было. Весь мир уже давно начал переход из сферы техно-логий в сферу техно-магий, который наши аналитики, похоже, снова прозевали.
Техно-логия – это процедурно-алгоритмический дискурс про-из-вод-ства искусственного (неестественного) заданного результата. Здесь результат из–водится (выдирается из нутра) вперёд (про), наружу из нутра про-изводителя.
Это – частичные, обособленные, разрозненные суб-действия, квази-действия частичного и разорванного на части субъекта. Это – Мир-Мозаика Озириса, разъятого на части. Любая Технология – это служение Части. Любая технология – это всегда самодовольная Отгадка, занудный монолог Левого Полушария.
Техно-магия – это ритуально-обрядовый комплекс по-лучения естественного и органичного результата, оформленный как процедурно-алгоритмический дискурс. Здесь результат из–лучается и лучится из единого Солнца-Центра. Это – холистичные, тотально целостные сюр-акты и мета- действия целостного и холистичного субъекта. Это – Мир-Цельность Изиды, собирающей Озириса. Техно-магия – это служение Целому. Любая техно-магия – это всегда пытливая Загадка, бесконечный эрос-диалог Мысли и Тайны, по Флоренскому.
Отсюда ясно вытекает ответ на вопрос – есть ли будущее у отечественных полит-технологий? Конечно, нет. Век техно-логий сменяется веком техно-магий. Техно-Логия работает с Частью. Техно-Магия работает с Целым.
И у полит-технологий нет никаких шансов на выживание. Их век ушёл. А вот у полит-техно-логов шанс на выживание есть. Но всего один. Они могут выжить только в виде полит-техно-магов. Век которых только начинается.
Ползущая по земле, и ограниченная старой шкуркой, гусеница полит-техно-лога сегодня имеет шанс стать свободной бабочкой полит-техно-мага. В этом смысле старый лозунг 80-х годов 20 века «Из лягушек – в принцы!» заменяется новым лозунгом 21 века «Из гусениц – в бабочки!». «Из рабских гусениц техно-логии – в свободных бабочек техно-магии!». «Из плоского мира ползания техно-логий – в объёмный мир свободного полёта техно-магий!».
Весь мир уже давно (по крайней мере, после 11 сентября 2001 года) начал переход в это новое качество. Весь мир, сам того не подозревая, хочет он того или нет, подспудно и исподволь начал само-обновление и стряхивание с себя давно истёртой шкуры ньютон-декартова рационализма.
Сегодня в мире идёт радикальная смена глубинных оснований всего и вся.
После периода разбрасывать камни наступает время собирать камни и людей.
Деструкционный период пост-модернизма, как тотального рассыпания всего и вся на атомарный песок, завершён. Наступает конструкционный период обратного собирания песка – в камни, а камней – в храмы. И этот период уже начался. Изида уже вышла на мировые рынки, где давно уже не бродит призрак коммунизма. И она уже начала собирать 14 частей своего Озириса. Она уже внутри каждого из нас.
В штопор кризиса сегодня входит только тот, кто не видит этого, или не хочет это понимать. Таким образом, и пять кризисов полит-рынка в России не есть результат чьего-то злого умысла или действия каких-то тёмных сил.
Это – закономерный результат внутреннего, затяжного и глубинного, системно-генетического кризиса российских полит-технологий и, особенно, полит-методологий. Это – системно-генетический кризис рынка полит-технологий, порождённый системно-генетическим кризисом рабочего языка российских полит-технологов.
Особенно контрастно ваше отставание (и беспомощность) в области методологии полит-технологий выглядит на фоне вышей невероятной и умопомрачительной бесценной фактологии. Российские полит-технологи за прошедшую дюжину лет накопили уникальнейший опыт, равного которому нет ни у кого в мире. Ни одна страна мира не имеет такого невероятного опыта. Ни одна страна мира не имеет таких уникальных полит-технологов. Несмотря на ограниченность и ущербность вашего рабочего языка, вы практически дадите сто очков вперёд любому полит-технологу из любой страны мира. И тем более обидно, если этот ваш бесценный опыт будет утрачен из-за вашей вопиющей методологической несостоятельности. И насколько более успешными вы могли бы быть, работая на современных версиях холистичных мета-языков и оперируя сбалансированными ансамблями поли-кратных гештальт-фигур?
Выход из этого Кризиса может быть только один. Это – переход к освоению естественных, целостных и холистичных техно-магий, мета-языков и поли-кратных гештальт-фигур, как следующего, естественного и закономерного этапа развития любого рынка. Сегодня ваш рынок уплывает от вас к кому-то. Вы в силах сделать так, что он быстро поплывёт от них – к вам.
Коммерческая сторона этого вопроса выглядит наиболее впечатляющей. Нынешний российский рынок пиар-, медиа- и полит-консалтинга оценивается в сотни миллионов долларов. То есть, сегодня ваши клиенты платят своим консультантам такие деньги за строительство и укрепление однобоких, одноглазых, одноруких и одноногих, неестественных, уродливых и ограниченных партий. Сколько же тогда будут платить вам ваши клиенты за строительство самодостаточных, целостных, органичных, естественных и безграничных, само-соврешенных и несказанно прекрасных «холтий™» и «холий™»?
Как минимум, на несколько порядков больше. Посчитайте сами, сколько это будет. Более того, в силу генетической притягательности «холтий™» и «холий™», сюда, к их разработчикам, то есть в Россию, устремятся все основные финансовые потоки мира. И тогда не вы будете искать клиентов в отдалённых от Москвы провинциях, а вас будут искать богатейшие клиенты мира и вставать в очереди на улицах Москвы. Чего я вам всем искренне желаю. Спасибо.